Средь шумного бала
None But the Lonely Heart
Интимный музыкальный спектакль по романсам Чайковского в постановке звезды оперной режиссуры Кристофа Лоя.
На сцене – пять персонажей с их контрастными эмоциями: невысказанное чувство любви перемежается поиском упоительных мгновений, печаль от разрыва отношений раз за разом сменяется отстранённостью и одиночеством.
Действующие лица и исполнители
Баритон
Сопрано
Олеся Головнёва
Меццо-сопрано
Тенор
Баритон
Над фильмом работали
На сцене - пять персонажей с их контрастными эмоциями: невысказанное чувство любви перемежается поиском упоительных мгновений, печаль от разрыва отношений раз за разом сменяется отстранённостью и одиночеством.
Между персонажами рождается связь, раскрывающая несбыточные желания, подавленные воспоминания и эмоциональные зависимости каждого из героев. Поэтически насыщенный калейдоскоп образов также отсылает к мотивам из личной биографии Чайковского. Постановка Кристофа Лоя включает редко исполняемые романсы, короткие пьесы для фортепиано и камерную музыку.
«Не знаю, какого певца можно выделить, они все великолепны». (Opernwelt)
«Не знаю, какого певца можно выделить, они все великолепны». (Opernwelt)
18.04.2023
Грусть и красота
Пятеро артистов поют про любовь и разлуку. Под фортепиано, в интерьере гостиной, где так сладко уединяться с воспоминаниями о былых сердечных тревогах. Однако «Средь шумного бала...» – не камерный вечер при свечах, а большая постановка на крупной европейской оперной сцене
→
В программе звучат романсы:
Примирение
Примирение
Я с нею никогда не говорил
Забыть так скоро
Abend
Скажи, о чем в тени ветвей
Корольки
Горними тихо летела душа небесами
Средь шумного бала
Песнь цыганки
На нивы жёлтые
Я тебе ничего не скажу
Vokalquartett Ночь
Ночь
Он так меня любил
Отчего
Нет, только тот, кто знал
Kак над горячею золой
Я ли в поле да не травушка была
Песнь Земфиры
Ни слова, о друг мой
Ночи безумные
Закатилось солнце
Уж гасли в комнатах огни
Снова, как прежде, один
Также вас может заинтересовать
Кайдановский: Спящая красавица
Юношеский протест, гламур и брак без любви: взгляд на «Спящую красавицу» из XXI века
Глобус: Венецианский купец
Джонатан Прайс в роли одного из самых известных аутсайдеров мировой драматургии заставит задуматься, кто на самом деле ростовщик Шейлок – злодей или жертва?
